Интервью генерального директора компании Homag Иоахима Бренка

В интервью «Лесной индустрии» гендиректор компании Homag доктор Иоахим Бренк рассказал, как создаются новые станки и какие планы у компании на российском рынке.
Next Business Media

Посмотреть больше статей

Выручка крупнейшего в мире производителя деревообрабатывающих станков Homag в 2006 году составила 736,5 млн евро при EBITDA 85 млн евро. Из этой суммы на продажи в России и Украине пришлось 16 млн евро. По оценке компании, ее доля на рынках этих стран составила 30%. В июле 2007 года Homag стал первой публичной компанией в секторе деревообрабатывающего оборудования, разместив акции на Франкфуртской фондовой бирже.


Организации

– Homag является крупнейшим мировым производителем деревообрабатывающего оборудования. Как вы этого достигли?

– По моему мнению, наши потребители сделали нас мировым лидером. В первую очередь, потому что наши потребители выбрали нашу продукцию, и, кроме того, мы всегда концентрировались на наших потребителях. Мы всегда думаем о том, что мы можем сделать, чтобы улучшить жизнь наших потребителей, сделать станки Homag более эффективными, более удобными и более производительными.

Как оптимизировать обработку сырья в условиях высоких цен на сырье, то есть, как избежать отходов производства или минимизировать их. Основываясь на этом понимании или понимании того, в чем нуждаются наши потребители, мы имели возможность определить нашу стратегию. Это мы сделали 25 лет назад: сконцентрировались на наших потребителях и их потребностях. Мы не занимаемся стеклом, камнем или другими продуктами, потому что мы четко определили то, что нужно нашим потребителям.

Мы не стремились поставлять как можно больше оборудования независимо от отрасли, в которой оно применяется. Мы выбрали для себя потребителей, которым нужны деревообрабатывающие станки. Если вы посетите наш инновационный центр, вы увидите большое количество маленьких и больших обновлений, мы постоянно стремимся улучшать каждую деталь нашего оборудования. Мы всегда думаем о том, как улучшить жизнь наших потребителей, как сделать проще для них работу с нашим оборудованием. Мы действительно тратим много времени на тонкую настройку нашего оборудования, вместо того чтобы делать станки для всех отраслей.

Конечно, частью нашей стратегии является стратегия роста, которую мы называем динамической стратегией. Это означает, что мы хотим расти вместе с цепочкой ценностей наших потребителей. Этому принципу, этой идее цепочки ценностей потребителя уже 50 лет, потому что правила нашей компании основаны на правилах консалтинговой компании, которая была у нашего основателя господина Герхарда Шулера 50 лет назад. Он консультировал компании деревообрабатывающей отрасли в вопросах логистики, специальных инструментов для оптимизации производства мебели, окон и любых других строительных элементов.

Он всегда сосредотачивался не на одном станке, а на всем процессе нашего потребителя. И это является причиной нашего роста, приобретение компаний, соответствующих цепочке ценностей наших потребителей. Таким образом, рост является, конечно, важным фактором, но мы всегда стремимся установить обратную связь с нашим потребителем.

– Какова структура вашей компании? Какое место в ней занимает исследовательский центр?

– Исторически мы росли за счет приобретения компаний. В нашей группе много компаний, которые обладают собственными шестидесятилетними знаниями в отдельных элементах цепочки ценностей. У каждой из компаний нашей группы есть своя стратегическая задача. Это помогает им концентрироваться на самых лучших машинах. Поэтому мы такая разнообразная компания, и у нас так много брендов. Например, мы производим как продукты начального уровня, так и полностью автоматизированные промышленные линии.

Разница между этими продуктами очень большая, и нам надо иметь две компании: одна специализируется на производстве машин начального уровня, которые являются более-менее стандартизированными, а другая отвечает за специальные машины, которые производятся только согласно запросам потребителей.

– Вы ощущаете конкуренцию на рынке деревообрабатывающего оборудования?

– Быть номером один, конечно, непросто: с тобой борются все. Прежде всего, у нас есть некоторые преимущества, не потому что мы большие, а потому что мы способны предложить потребителю все, что ему надо. Ему не придется покупать лесопильную машину у компании А, а сверлильную машину у компании Б. Он все может получить из одних рук. У нас есть много преимуществ.

Например, преимущество политики одинаковых частей, которая позволяет соединять разное оборудование. У нас такие же и системы контроля. Не имеет значения, какую машину вы покупаете у Homag, вы не столкнетесь с проблемой интерфейса: системы контроля могут легко коммуницировать друг с другом. У нас своя компания по разработке программ. Поэтому, я думаю, эти преимущества позволяют нам защищать наши позиции. Дополнительно к этому у нас самая большая сервисная сеть в мире.

Мы находимся очень близко к нашему потребителю. У нас также широкая сеть дополнительных сервисов. Как я уже говорил, в нашей группе сохранилась консалтинговая компания, которой уже 50 лет. Кроме консалтинга, мы можем предложить потребителям финансирование или лизинг.

У нас есть собственный тренировочный центр Homag, который помогает в случаях, когда потребитель сталкивается с большой текучестью кадров. Я думаю, у нас большое количество пакетов услуг. В любом случае, конкуренция есть во всем мире. У нас есть местные конкуренты, и есть мировые конкуренты. Я думаю, конкуренция необходима. Она поддерживает развитие и защищает от лености и излишней самоуверенности.

– Какие рынки являются для вас основными?

– Я думаю, что в реальности больше не существует основных рынков. Потому что Homag присутствует по всему миру. У нас двузначные цифры продаж на каждом континенте. С этой точки зрения, я думаю, реально основного рынка больше не существует. Хотя, кончено, в зависимости от развития автоматизации производства и спроса на производственные технологии потенциал рынков отличается от континента к континенту. Например, в Германии, хотя здесь немного другая ситуация, так как здесь наша база. Тем не менее, в Германии много потребителей с высоким уровнем автоматизации производства.

Наш потенциальный рынок в Германии гораздо больше, чем в любой другой стране. И доля рынка Германии в наших доходах может составлять 20%. Здесь очень высокий спрос на высокоскоростные производственные линии. С другой стороны, доля рынка стран Восточной Европы близка к 15%, доля Азии – 12–13%, США – 11%. Таким образом, у нас много сильных рынков, и я думаю, сегодня не существует больше понятия «основной рынок».

– Какие рынки, на ваш взгляд, в ближайшее время будут расти быстрее всех?

– Азия, а также Восточная Европа и, конечно, Россия – они будут расти.

– Каковы ваши продажи в России и Украине?

– Продажи в России и Украине составляют около 16 млн евро. Наша доля на рынке более 30%. Трудно сказать точнее, потому что рынок быстро растет, он большой и недостаточно прозрачный.

– Какие вы видите особенности работы на российском рынке?

– Одна из проблем – это возможность предоставления финансирования. Все еще сложно найти банк, который предоставит финансирование.

Тем не менее, мы постоянно работаем над решением этой проблемы, чтобы помочь потребителям получить финансирование.

Мы также видим недостаток квалифицированных рабочих. Эта проблема есть и в Азии, и в России. Но мотивация рабочей силы очень высокая, и людям действительно нравится работать. Они стремятся понять технологии, процессы и требования. С другой стороны, это динамичная страна, и здесь приходится бороться с текучестью кадров.

Иногда мы только успеваем обучить людей, а через месяц, когда мы оказываем дополнительные услуги этому же клиенту, мы обнаруживаем что 50% обслуживающего персонала уже исчезло, так как они перешли на работу в другую компанию. В этой связи гораздо более важно, чтобы поставщик мог обеспечить тренинг на месте. Чтобы потребитель мог в любое удобное время направить персонал на обучение.

– Планируете ли вы делать приобретения каких-либо компаний для сокращения издержек и увеличения доли рынка?

– Пока это не стоит в нашем плане. Но мы открыты для переговоров, мы очень быстро принимаем решения. Но сейчас для нас важнее увеличить количество персонала в нашей сервисной службе в России и соседних странах. И на более поздней стадии мы можем начать думать о приобретениях. Если рынок станет больше, то почему нет?

– Какое оборудование вы поставляете в Россию?

– Мы поставляем свои типовые производственные линии для мебельной промышленности, для производства окон или дверей, строительных элементов. В связи с изменением государственного регулирования растет спрос на деревянные дома.

В нашей группе есть компания, специализирующаяся на оборудовании для производства сборных домов. У нас много заказов из России на такое оборудование Homag. Я думаю, большим преимуществом Homag является то, что мы единственная компания, которая способна предложить полное готовое решение для этого бизнеса.

Начиная от проектного программного обеспечения, с помощью которого проектируется дом, до оборудования, необходимого для производства готового дома. То есть это полный набор. Даже если вам нужен архитектор, мы готовы предложить такие услуги. Поэтому мы так успешно увеличивали свою долю на российском рынке в последние годы.

– Как, на ваш взгляд, повлияет повышение пошлин на экспорт российского круглого леса на деревообрабатывающую промышленность?

– На мой взгляд, в этом много смысла. Вместо того, чтобы экспортировать необработанный лес, что равносильно экспорту нефти, теперь предпринимается попытка увеличить стоимость ваших природных ресурсов до конечного продукта – мебели, окон, деревянных домов. С этой точки зрения я понимаю такую государственную политику. Это позволяет создать рабочие места, создать инфраструктуру, создать дополнительную стоимость. Для Homag это дает возможность найти новых потребителей. Мы высоко оцениваем такую политику.

– Каким вы видите дальнейшее развитие технологий деревообработки?

– Я работал ранее в некоторых других отраслях, по сравнению с ними деревообрабатывающая отрасль очень инновационная. Мы постоянно разрабатываем новые продукты, например, высокоскоростные производственные линии для мебельной промышленности, с которыми вам необходимо все меньше рабочей силы – затраты персонала здесь менее 3%.

Много разработок направлено на экономию сырья, так как стоимость древесного сырья значительно выросла. Когда вы способны предложить технологии, которые позволяют сберечь сырье, такие технологии высоко ценятся, и вы можете их продать. Например, в секторе древесных плит, на котором также концентрируется Homag, традиционно стремятся воспроизвести свойства цельной древесины.

И вместе с развитием технологий вы можете обнаружить, что отрасль подходит очень-очень близко к воспроизведению свойств цельной древесины. Иногда сложно сразу сказать, из чего сделана книжная полка – из цельной древесины или из древесной плиты. Существует много инновационных патентов, и их количество будет расти.

– В прошлом году ваша компания провела IPO на Франкфуртской бирже, если не ошибаюсь, Homag – единственная публичная компания в секторе деревообрабатывающего оборудования. Насколько сложным был процесс подготовки к первичному размещению?

– Двадцать пять лет назад наш основатель господин Шулер сделал одно стратегическое заявление, сказав, что когда-нибудь Homag будет публичной компанией. Главная причина – это большая независимость от семейных акционеров, финансовые ресурсы которых ограничены.

Рынок капитала дает гораздо больше возможностей для роста. Если мы хотим расти, нам только нужна хорошая настоящая история, и тогда у нас будет возможность получить за наши акции необходимые деньги.

Основная цель публичного размещения акций – это усилить компанию, ускорить ее рост.

Нельзя сказать, что публичное размещение сильно отразилось на деятельности компании. Могу лишь отметить, что рынок капитала любит, когда компания растет. Они хотят получать позитивные новости, видеть довольных клиентов, инновационные продукты, увеличение доли рынка. С этой точки зрения мы получили немного больше давления, чтобы быть более успешными. Мы были успешными в прошлом и должны быть успешными в будущем. Так что это, в общем, позитивный эффект IPO.

Тема этой статьи Инновации

Комментарии

Нет комментариев

Политика комментирования

Мы приветствуем комментарии, которые добавляют знания к уже имеющимся в статье в виде частного мнения комментатора или дополнительной информации. Если вы обнаружили комментарий, который по-вашему мнению не соответствует теме новости или нарушает наши правила публикации комментариев, вы можете сообщить об этом редакторам с помощью ссылки «Сообщить о нарушении». Представленные в комментариях мнения могут не соответствовать мнению редакции журнала "Лесная индустрия". Запрещено публиковать комментарии (1) содержащие высказывания, призывающие к разжиганию межнациональной розни; (2) содержащие нецензурные слова с замещенными буквами; (3) содержащие орфографические ошибки; (4) содержащие оскорбления по отношению к другим комментаторам; (5) подстрекающие к насилию; (6) не имеющие ничего общего с новостью на странице которой публикуются; (7) дублирующиеся на страницах нескольких новостей; (8) излишне длинные комментарии; (9) чрезмерно использующие заглавные буквы. Мы оставляем за собой право удалить любой комментарий без объяснения причин. Мы не допускаем появления на сайте любой скрытой рекламы, в любом ее проявлении, и можем удалить любую информацию, которая покажется нам ангажированной. К ней относится как открытая, так и скрытая реклама в любом виде.

Партнеры